У вас техническая проблема или другой вопрос?

Если проблема техническая - мы переведем вас на соответствующую страницу, а по всем остальным вопросам соединим с секретарем проекта.

Финансовое сотрудничество

На данный момент мы готовы предложить вам два варианта:


1. Единый клуб попечителей образования. Если преданные из вашего города делают пожертвование в данный клуб, то 50% пожертвования автоматически перечисляется в кассу региона (а 50% на другие образовательные нужды), где лидеры общин и региональный секретарь могут использовать их на развитие духовных программ. Все, что вам требуется - это дать преданным ссылку: https://help.bhaktilata.ru . Остальное сделаем мы. Финансы будут перечислены на счет юр. лица, которое нам назовет региональный секретарь.


2. Инвестиции в печать книг. Вы можете инвестировать в печать книг, а мы будем возвращать вам ваши инвестиции с процентами по мере реализации этих книг. Инвестиции могут начинаться от 150 тыс. рублей. По этому вопросу свяжитесь с координатором отдела образования.

По каким материалам вы хотите преподавать?

Вы хотите преподавать курсы по нашим материалам или по своим, а от нас вам требуется только официальная авторизация?

Сотрудничество

Для крупных и активных общин мы предлагаем программу консультирования и помощи лидерам в совместном развитии сферы образования.


Мы говорим не только о курсах, но и вообще об организации всей общины, включая наставничество, воскресные программы, группы духовного общения и другие мероприятия, направленные на углубление духовного опыта преданных.


Представители нашего проекта и отдела образования, могут приходить к вам на лидерские встречи для обсуждения различных вопросов, помочь разработать стратегию развития образования в городе или регионе, приехать в ваш город/регион для наблюдения за процессами и предложений по дальнейшему развитию.


Если вас это интересует, то:

1. Прежде всего советуем вам ознакомиться с книгой "Реставрация культуры образования", чтобы почувствовать, на сколько вам подходит видение отдела образования.

2. После знакомства с ней напишите руководителю отдела в Телеграм.

Бхакти-лата
Всегда помнить о Кришне и никогда не забывать о Нем
ОТ ОТДЕЛА ВАЙШНАВСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЦОСКР
Часть 8.

Если вы еще не читали предыдущих частей биографии – советую начать с начала. Я там описываю все, начиная со своего прихода в сознание Кришны. Или прочитать эту статью, а затем, вдохновившись, вернуться к началу повествования. Всю биографию найти можно здесь: https://bhaktilata.ru/biography

Прошлая часть закончилась на том, что мы очень конфликтно разошлись во мнениях с лидером ашрама о том, чем нашему коллективу стоит заниматься. И видя, что Кришна активно выталкивает меня из сложившихся обстоятельств, а в ашраме мне больше нет места, я решил для перезагрузки улететь на Гаура-пурниму в Маяпур.

Знаете, в предыдущих статьях я писал о разных событиях, порою сложных, но там в моей жизни всегда присутствовал насыщенный внутренний вкус, перебивавший остальное. Иногда было тяжело, порою грустно, но скучно или «плохо» точно не было. Здесь же, когда закрылась наша программа путешествующей санкиртаны, у меня внутри осталась зияющая дыра, и все вокруг, даже распространение книг, стало… пресным.

Воистину, нет смысла в жизни, если в ней нет именно живого присутствия Господа и Его внутренней энергии, и наоборот – какой бы совершенной ни казалась жизнь во внешнем плане, без Них, она ужасна своей пустотой. Мельтешения событий может быть много, а наполненности нет.

И я сейчас даже не о грубых вещах, вроде финансов, здоровья, хорошего супруга или супруги и пр., но и о таких вещах, как большое количество общения с духовными учителями, возможность участвовать в фестивалях, обилие времени для садханы, чтения Шримад Бхагаватам и пр.

Нам кажется, что вот будь у меня это – я бы был счастлив. Но парадокс в том, что это все может присутствовать в жизни, а ты все равно будешь страдать :) Подобно богачам, которые, несмотря на любые земные чувственные удовольствия, впадают в тоску и депрессию.

Секрет заключается в умении находиться в контакте со внутренней энергией Господа. Она даже рутину трансформирует в незабываемый опыт, потому что внутри будет внешне иррациональное счастье.

Дак вот, из-за пресности происходящего, такие вопросы, как: «Где этот вкус? Почему он ушел из моей жизни? Как в него вернуться?», - все время описываемых ниже событий, висели у меня фоном в сознании, чем бы я ни занимался. Тогда у меня не хватало сознания, чтобы правильно их сформулировать: «Кришна, где Ты? Почему я больше не чувствую Твоего присутствия в своей жизни? Кришна-а-а, верни-и-сь!». Уверен, что с такой формулировкой внешне все бы прошло почти также, но внутренне было бы разительно другое отношение к происходящему.

-----


На это накладывалось дополнительно чувство некоторого одиночества, так как до прихода в сознание Кришны из моей жизни так или иначе ушли все, кто мне был важен. Затем, встретив преданных, которые сразу стали мне очень дороги, всего три месяца спустя мне нужно было оставить их и ехать в другую страну, где я вообще никого не знал, и даже не был уверен, смогу ли там преданных найти.

Потом год жизни в храме в основном в одиночку. Потом, наконец-то, три года жизни с близкими соратниками, но даже тогда во время наших странствий по городам, каждый раз у нас завязывались какие-то отношения с людьми, а потом нужно было, скрепя сердце, их оставлять и ехать дальше, в следующий город, зная, что назад к этим людям ты уже не вернешься.

А теперь предстояло еще раз оставить уже вообще все сложившиеся и закаленные совместными приключениями и испытаниями отношения позади, и все начинать где-то на новом месте, взяв туда только свой ноутбук, паспорт с деньгами и два комплекта одежды.

Куда поведет меня Кришна? Этого я не знал совершенно.

В России на тот момент из вайшнавов мне были знакомы только некоторые преданные общины, где я присоединился, и мой духовный учитель. Больше я никого не знал. Имена слышал, но не более. Поэтому, страшась перемен, в Индию я решил полететь через Новосибирск, чтобы заглянуть в манившие меня родные края. В голове витали мысли: «Может быть, мне вернуться туда? Там все так близко и знакомо».

Но, бродя по улицам детства, я ничего не чувствовал – будто это был какой-то совершенно незнакомый мне город, с которым нас уже ничего не связывало. А своей жизни – ни школы, ни университета, ни работы, ни друзей до сознания Кришны, я как-то и не помнил совсем уже. За исключением одного-двух человек, которые были мне некогда очень дороги, но и они уехали оттуда.

В общине за эти несколько лет состав преданных тоже так изменился, что на воскресной программе я почти никого не узнал из тех, с кем близко общался до своего отъезда – кто-то разъехался, кто-то ушел из общества.

В общем, в общине я больше тоже не чувствовал себя «как дома», хотя несколько знакомых мне преданных все-таки осталось. В частности, в Академгородке, как раз из числа группы, которую некогда собрал Бхакта-ватсала прабху (о них я писал во второй части рассказа), так что из храма я переехал жить к ним.

С ними было радостно провести время, и все-таки, побыв там около месяца, я чувствовал, что внутренняя пустота не уходит, так что, движимый желанием от нее убежать, я продолжил путешествие и улетел в Маяпур, чтобы встретиться с духовным учителем.

-----


В Маяпуре это чувство на какое-то время заглохло. Вообще, мне из-за особенностей здоровья тяжело дается жизнь в Индии, включая Маяпур, но именно сам Маяпур я люблю. Больше всего за то, что там, когда я иду где-нибудь по кампусу, мимо храма ведического планетария, мне просто хочется напевать «Харе Кришна» мантру. Просто для себя. Там я всегда пою на улице. Особое место, конечно. В других местах такого внутреннего позыва у меня никогда не возникает.

До приезда Гурудева оставался месяц, так что я решил провести время в ожидании с пользой. По утрам ходил на лекции Е.С. Бхакти Видьяпурны Свами, имеющему удивительное свойство всего несколькими своими словами вправлять мозги на место. А днем решил пройти курс «Ученик в ИСККОН» и обе части курсов подготовки учителей. Честно говоря, я пошел на них так, с мыслью: «авось пригодится», но в итоге это был шаг, который во многом определил мою деятельность на следующие годы.

Во-первых, позже (отчасти уже в этой статье, отчасти – в следующей) станет ясно, как из-за них я стал координатором вайшнавского образования.

А во-вторых, это были три трансформирующие для меня самого курса, поскольку на «Ученике в ИСККОН» в тот раз помимо простых смертных вроде меня обучались в основном лидеры, которые потом должны были его преподавать в разных странах и континентах, так что там были в основном президенты крупных храмов (вроде храма в Дели), региональные лидеры, один Джи-Би-Си. В их общении сильно начало меняться мое отношение к ИСККОН как к организации, к роли административного устройства в нашем движении. До этого я в основном видел, что есть основные анги бхакти – это главное, а есть еще вторичный организационный аспект, просто помогающий ими заниматься, но тут, в общении, удалось впервые посмотреть на организацию не как на материальный каркас, а как на неотъемлемый аспект практики бхакти – углубления ученической позиции, понимания тонких принципов гуру-таттвы, лучшего понимания одновременного единства и различия Господа и Его энергий и т.д.

На практике, например, перед моим отъездом из Канады местный Джи-Би-Си намекнул мне, что вообще-то это не я и не мой дикша-гуру, должны решать, где мне служить, а он. Вообще, в 70-х годах преданный, даже семейный, обычно не мог переехать в другой город без разрешения местного лидера. Сейчас эту практику сложно понять нам с вами – «вот хочу я куда-то поехать, это же моя личная жизнь, как мне могут запретить?», но только представьте как жизнь преданных тогда была направлена на Господа, какой был уровень внутреннего предания, что работа, семейные связи, климат и т.д. и т.п. – все это считалось совершенно вторичным к служению в миссии, а служение определялось несовершенными административными лидерами, буквально на пару лет практики старше тебя, с которыми ты мог быть сильно не согласен, и которые по своей незрелости сами легко могли во многом ошибаться. И тем не менее, Шрила Прабхупада тогда сам установил и поддерживал во многом эту систему как элемент внутреннего предания.

Но когда местный Джи-Би-Си мне сказал о необходимости следовать его мнению в вопросе проживания, я тогда подумал: «Аха, конечно, я ради вас что ли присоединялся к движению, чтобы вы мою жизнь определяли?». Сейчас я бы поступил совсем иначе, попросив их с моим дикша-гуру вместе решить этот вопрос (они бы встретились как раз через пару месяцев на заседаниях Джи-Би-Си), но тогда я просто отмахнулся от этих слов, совершив тем самым ошибку. И проблема в том, что когда ты делаешь такие ошибки, отклоняясь от определенных духовных принципов, то частично или полностью выпадаешь из потока воли Господа, который Тебя ведет по жизни. И, в частности, из контакта со внутренней энергией Господа, с размышлений о которой я начал эту часть рассказа.

В общем, после курса мне стало гораздо ближе и понятнее служение внутри организационной структуры нашего общества – оно стало не чем-то внешним, а наполненным внутренних смыслов.

Курсы подготовки учителей тоже кардинально изменили мое понимание в подходе к духовному образованию. Как процесс смиренного слушания можно не заменить, но углубить различными дополнительными инструментами, переведя услышанное в обдуманное, а порой даже – в реализованное на опыте, прямо тут же, на курсе. Но об этом я потом расскажу.

В районе Гаура-пурнимы я встретился с Е.С. Бхакти Вигьяной Госвами. И если пару лет назад он на мой вопрос: «Где мне служить?», ответил – «В Канаде», то сейчас сказал: «Что ты там вообще забыл? Давно уезжать оттуда пора».

Но куда? Первым его решением было предложить мне поехать жить в Чоупатти. Не знаю уж, было ли это ошибкой с моей стороны, но я тогда высказал опасение, что мое здоровье не выдержит длительного проживания в индийском климате со всеми его сопутствующими особенностями.

Он не стал настаивать и сказал мне тогда возвращаться в Россию. Предполагалось, что я поеду в Ашрам Бхактиведанты, но набор туда был бы только через полгода, так что в первые месяцы я поживу в Ашраме Санкиртаны, помогая там Нимай Сундаре прабху, бывшему ректору Ашрама Бхактиведанты.

-----


Я был вдохновлен, что какое-то служение появилось. Авторизованное, но главное – эмоционально связанное с Гурудевом в том смысле, что это было что-то, что тогда ему было ценно. Так что я даже не стал оставаться на праздничные программы, предшествующие Гаура-пурниме, а спустя два дня после даршана поскорее вылетел в Москву.

После Канады, где нас на всю страну было 8 брахмачари, тут в одной столице было на тот момент три ашрама с 30-40 брахмачари в каждом, что, конечно, было большим раздольем.

В Ашраме Санкиртаны было много воодушевляющих своими качествами и погружением в служение вайшнавов. Тхакур Харидас прабху и Враджарену прабху несли на своих плечах ответственность по его управлению. Анупам Кришна прабху и Мадхава Пури прабху были олицетворенными распространителями книг. Были и уже пожилые «дедушки», вроде Ватсепалы прабху. Многих имен я уже даже не помню – лица остались в голове, а имена из-за объема всего нового за прошедшие годы стерлись из памяти.

Хочется многих прославить, но сложно про каждого рассказывать, т.к. тут все это складывается из мелочей и тонкостей поведения, а их все не опишешь на бумаге.

Так… Кого бы выбрать жертвой своих прославлений? … А, вот.

Например, там я познакомился с Падманабхой прабху. Это человек потрясающего смирения и погружения в миссию распространения книг. Я за ним уже много лет наблюдаю, хоть и издали. Но иногда мы пересекаемся все-таки, и я ни разу не увидел в нем ни одного проявления той же гордости, так что по этой причине всегда его воспринимаю за своего старшего. Все его служение прошедших лет – это работа с книгами Шрилы Прабхупады: прием их из печати, хранение, отправка в города для дальнейшего распространения, подсчет финансов и т.д. Все эти годы именно благодаря нему у преданных в большинстве наших городов было, какие книги распространять, т.к. он занимался отправкой книг по стране. Если его не было у себя на складах – значит, он где-то на фестивале дежурил у столика книг ББТ. Или был на прасаде, но не вкушал его, а читал для ашрама Прабхупада Лиламриту. Такой, представитель спокойного, но постоянного погружения в служение обществу вайшнавов. Но это все не передашь, «тут видеть надо». В общем, такие бойцы невидимого фронта, хоть и неизвестные, незаметные, на самом деле часто делают потрясающее служение в миссии и являются образцами очень вдохновляющего сознания.

-----


И вот теперь такая вещь… Я сделал перерыв в статьях, в частности, потому, что не понимал, как писать рассказы про эту часть своей жизни. Дело в том, что они затрагивают других людей, которых многие из вас знают лично, многие из них играют роль наставников, руководителей и т.д. Это не какие-то далекие персонажи, с которыми вы никогда не пересечетесь. Поэтому здесь необходимо описывать все открыто и честно, без прикрас, но при этом не нарушив личных границ никого из тех, кто будет встречаться в данном повествовании. В общем, не самая простая задача.

Почему я буду писать здесь об этом? Я просто вижу у преданных огромное количество конфликтов «старший-младший». И пытаюсь показать, как я тоже через них пытался проходить, какие ошибки совершал, и как сейчас смотрю на те события. Пусть даже сейчас тоже смотрю не совсем правильно, через призму текущих анартх, но все же лучше, чем раньше. Описываю это все без прикрас, потому что если украсить (причем не только свою, но и чужую позицию), то это станет фальшью, и преданные это не смогут на свою жизнь перенести.

-----


Как-то так получилось, что и тут с духовным лидером ашрама у меня отношения не срослись. Видимо, у меня был переходный «подростковый» возраст в сознании Кришны :) Началось все с того, что он меня с кем-то перепутал, и еще до моего какого-либо знакомства с ним рассказал всему руководству ашрама, что я не очень хороший (или даже очень нехороший) человек, в том смысле, что у меня есть определенные анартхи…

Это, конечно, повлияло на первое впечатление, но данное недоразумение удалось позже прояснить. Тем не менее, тут было нечто большее. Мое субъективное мнение заключается в том, что тут возник конфликт культур сознания Кришны в разных регионах. Те из вас, кто читал первые мои статьи, помнят, как я описывал возможность спокойно сидеть за завтраком и порой даже дискутировать с кем-то из учеников Шрилы Прабхупады, которая была даже у начинающего бхакты вроде меня. Конечно, там тоже был определенный этикет, но в целом разделение общества по годам в сознании Кришны было проявлено значительно меньше, чем в России. И у того, и у другого, подходов, если они лишены правильного сознания Кришны, есть свои опасности – один может взращивать фамильярность и гордыню со стороны младших, другой – классовое пренебрежение и гордыню со стороны старших.

И вот тут эти две культуры столкнулись, т.к. я впитал в себя одну культуру, а в России подобное разделение по годам практики в то время было значительно сильнее, и мне понадобилось несколько лет, чтобы перестроиться к этой новой реальности. А пока этого не произошло, у меня постоянно возникало ощущение, что старшие гордятся, а старшие считали, что горжусь я.

(Кстати, весь этот раскол преданных на два лагеря по теме вайшнави-дикша-гуру основан, по сути, на том же аспекте, только вместо возраста и стажа здесь темой конфликта выступает пол. Но суть конфликта та же – понимание трансцендентности бхакти ко всему материальному vs внешняя культура, защищающая общество от разлагающих веяний Кали-юги.)

В ашрамах это разделение было проявлено особенно сильно. Там было определенное разделение преданных на, условно говоря, сословия, которое я на контрасте с Канадой хорошо чувствовал. Отдельные зоны для принятия прасада, группы по служению, по общению и пр. Повторюсь, само по себе это не плохо и не хорошо, варнашрама же тоже из сословий состояла, просто особенность культуры. Но у меня тогда это вызывало сильное неприятие по вышеназванным причинам – мне казалось это очень развращающим старших и гордым.

Уж не знаю, было ли это мое ложное субъективное ощущение, или так оно и было, но я чувствовал эту анартху висящей в воздухе, и потому мне комфортнее было общаться с новоиспеченными брахмачари, на которых она не влияла.

А у старших естественным образом возникало ощущение, что я горжусь, так что они из заботы обо мне обучали меня смирению. Один из брахмачари, с кем у меня не было никаких отношений, я даже не знал его почти, на правах старшинства подходил ко мне периодически и говорил что-нибудь вроде: «Ты несмиренный», либо: «Ты несмиренно Святое имя воспеваешь, надо по-другому его повторять». «?!?!?!», - единственное, что возникало в моей голове.

Раз уж начал рассказывать, то стоит сказать и о динамике на годы вперед.

Эта тема еще несколько лет вызывала у меня конфликты с целым рядом вайшнавов. Но особенно долго пассивный конфликт на основе такого подхода к данному аспекту культуры у меня длился как раз с духовным лидером ашрама санкиртаны, коим был Даяван прабху. В то время он также был Региональным секретарем, членом Национального совета и членом комитета по образованию, так что мы с ним еще много лет активно пересекались даже когда я вышел из ашрама. И вы все знаете, если слушали хоть раз его лекции, как сильно он ратует за смирение, поэтому он периодически в исправительных целях обрушивался на меня, когда чувствовал во мне не то настроение. А обрушиваться он умеет, уж поверьте :) Меня же это каждый раз возмущало, так что в какой-то момент я даже чуть не написал ему, что ему не на санньясу надо, а жениться для предварительного размягчения сердца пора. Спасибо добрым друзьям в сознании Кришны, которым можно выговориться, и они тебя отговорят от резких и совершенно несправедливых слов, сказанных сгоряча.

Сейчас конфликт на этой почве уже давно прошел, отношения в корне изменились. Не буду пытаться гадать, изменилось ли что-то в его отношении (старшие ведь тоже растут с годами, пусть и на много ступеней впереди нас), либо там все изначально было идеально, но скажу о себе.

Во-первых, если раньше я считал, что такое разделение по годам, оно вторично по отношению к бхакти, и потому негативно относился, когда на этом внешнем формальном признаке делался акцент, то со временем стал видеть, как оно нужно для защиты общества от негативных материальных тенденций, периодически пытающихся его загрязнить. И что подавляющему большинству преданных такая защита все-таки нужна. Так что отрицательное настроение касательно такого подхода у меня ушло. В общем, я больше стал ценить культуру гуны благости, призванную поддерживать чистоту общества.

Во-вторых, увидел Даявана прабху с совершенно другой стороны именно в аспекте прямых анг преданного служения – его отношения к Божествам, погружения в Святое имя. Это то, где нельзя не почувствовать – перед тобой действительно очень глубокий вайшнав с серьезным вкусом, которого у тебя нет. И то, как он личностно подходит к теме заботы о вайшнавах, объясняя, что на вайшнавов не нужно проливать свою милость, им нужно служить, а значит делать для них все то, что поможет им приблизиться к Кришне – включая, если необходимо, ремонт у них дома. И его пример в том, как он сам ездил к малоимущим преданным-пенсионерам, чтобы своими руками им лично помогать. На фоне всего этого, настоящего, различные культурные различия ушли совершенно на задний план. В общем, если у нас есть конфликт с кем-то на основе внешних вещей (а все конфликты только на внешних вещах и основаны) – просто нужно сосредоточиться на сути, на имеющейся у этого человека внутренней преданности.

И в-третьих, я осознал, что он был прав, ругая меня за гордость. Далеко ходить за подтверждением не надо – в прошлой части рассказа я описывал, как всего несколько месяцев назад, сугубо на платформе гордости без всякого реального мотива служить Кришне, организовал самый крупный за тридцать лет марафон санкиртаны в том храме, где жил. Это же большая гордость нужна, чтобы такие большие дела за счет нее делать :) И, конечно, она никуда не делась за то короткое время. Тогда я просто этого мотива в себе не понимал.

Я до сих пор не согласен с поводами, в которых он эту гордость видел. Но прав я, что не согласен или нет - не важно, тут все несколько иначе устроено. Более зрелые вайшнавы, во-первых, обладают значительно более тонким чутьем, они могут замечать те отклонения в нас, которых мы еще сами в себе не способны различить. А, во-вторых, никто не отменял волю Господа, которая по установленным же Им Самим законам проявляется для нас прежде всего через гуру-парампару. И гуру-парампара в ИСККОН – это не только дикша-парампара, тут все значительно сложнее: разные преданные в нашем обществе (особенно те, кто духовно старше нас) тоже в том или ином виде становятся инструментами воли Господа, который через них позволяет нам расти.

Поэтому порой старший вайшнав может даже не всегда сам видеть и понимать, где именно какая-то наша анартха проявляется, но точно будет чувствовать, что она есть. Нам будет казаться, что он нас несправедливо ругает, но ругает он как раз по делу. Просто даже если мы не согласны с конкретным поводом, за который мы получаем головомойку, нужно повод (конкретную ситуацию) отделить от причины — имеющейся в нас анартхи. И не важно — правы мы в том, что с точки зрения повода нас ругают несправедливо, или нет, и нас с точки зрения него тоже отчитывают по делу.

И вот когда я это начал хотя бы чуть-чуть понимать, отношения с Даяваном прабху тут же наладились, хотя внешние причины, которые до этого вызывали трение, никак не поменялись. Такой опыт у меня был потом еще с рядом старших вайшнавов – что хотя внешне все оставалось по-прежнему, трансформация моего внутреннего отношения к происходящему на сто восемьдесят градусов разворачивала стиль отношений с преданными с конфликтного на соратнический.

-----


Но вернемся ко временам в ашраме.

Как я уже писал выше – мне самому более комфортно было с только что присоединившимися брахмачари, но помимо этого меня и старшие поставили на совместное служение с ними. Так что вместе со всеми остальными, кто только вот-вот начал практиковать, мы стирали и развешивали белье, мыли полы, помогали в чистке овощей, - в общем делали все работы, не требующие какой-либо квалификации. И вот из-за служения мне было тогда достаточно скучно – ведь я уехал из канадского ашрама в поисках аналогичной программы странствующей санкиртаны, создания и развития общин, жизни вместе с только что присоединившимися людьми, чтобы помогать им углублять практику. И это служение совсем не отражало по своему духу того, что я искал.

С санкиртаной тоже не заладилось. Если в Канаде перед отъездом я распространял по сто книг в день, то здесь мой отработанный до автоматизма стиль уже не работал из-за другого менталитета людей, и за день я распространял уже только три книги. И суть не в количестве, а в том, что мне стало прямо тяжело заниматься этим делом – я все никак не мог перестроиться, и проходившие мимо люди внутри каждый раз отзывались болью, подобной той, что возникает, когда ты искренне протягиваешь кому-то руку для рукопожатия, а он искривляется в гримасе.

Все это вкупе - ощущение своей чужеродности в ашраме, внутренние сложности в других служениях, а также то, что духовный учитель сам направил меня помогать Нимай Сундаре прабху, заставило меня отстраниться от других вещей и сосредоточиться именно на этом служении. Нимай Сундара прабху до этого был ректором Ашрама Бхактиведанты, а на момент моего приезда в Россию Е.С. Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж попросил его продумать роль координаторов по шести разным сферам. Чтобы, например, в сфере образования по стране был координатор, который бы представлял разные образовательные проекты для регионов, то есть был бы персоной, которая соединяет разные всероссийские образовательные начинания с лидерами на местах. И у Нимай Сундары было шесть направлений, координацию которых нужно было продумать. Я их уже не помню точно. Но вот образование, связь с общественностью, развитие общин и т.д. Надо было по каждой продумать задачи, роль координатора, собрать вместе уже существовавшие проекты, которые можно было бы предложить преданным на местах.

Тут, конечно, мне понадобилось приучить себя совсем по-другому мыслить, другими масштабами. Потому что он думал, например, как создать свою социальную сеть для вайшнавов. Или о программе проповеди студентам в разных городах – чтобы мы подготовили какую-то франшизу, которую можно было бы предлагать лидерам на местах по этому направлению, со всеми готовыми материалами. А когда он мне давал задание над чем-то подумать, то у меня, привыкшего мыслить локально, это все трансформировалось во что-нибудь вроде: «а давайте откроем свой центр, будем рядом с ним распространять книги и приглашать на программу в центре, постепенно культивируя людей». Чувствуете разницу, да? Из единой программы на страну в маленький центр усилиями трех человек.

Поскольку с меня сложно было много взять с таким мышлением, то мое служение в начале было простым, в стиле – прочитай вот эту книгу, скажи, что там за мысли ценные нашел, смонтируй вот этот видеоролик и т.д. Самые простые задачи.

Ему помогали в то время я, Доял Нрисимха прабху и Арджуна прабху. И вот я уже смутно помню ту встречу, но как-то мы просто сидели в комнате, обсуждали, за что же взяться из этих шести направлений, и вот просто решили: «Ну давайте мы втроем подумаем над темой образования». Потому что трое из нас были выпускниками Ашрама Бхактиведанты, а я только недавно курсы подготовки преподавателей прошел. Эта тема просто казалась немного ближе других. То есть это был такой, не то, чтобы случайный выбор, но какой-то великой идеи за этим не лежало: образование, так образование. Там хоть что-то понятно, по сравнению, например, с варнашрамой.

У Нимай Сундары прабху тогда была идея, что нужно сделать альтернативу Бхакта-програм, которая бы успешно ложилась как продолжение после таких курсов для начинающих как, например, «Вечные ответы», и подводила бы преданных к принятию инициации. Чтобы в отличие от Бхакта-програм, программа была более легкая по настроению для новых людей.

Нужно было сделать такой курс ко встречам комитета по образованию, которые начинались примерно через месяц, так что пришлось погрузиться в работу. В свойственной мне манере я отключился от всего остального и занялся только этим.

Помню период в две недели, когда я нашел себе помещение в два-три квадратных метра и жил в нем, так как там меня никто не отвлекал. Джапу читал, но на мангала-арати и другие программы не ходил. Кажется, даже в душе был раз в несколько дней. Спал часа по четыре-пять в день, но в разное время, подстраиваясь под вдохновение к работе. То ложась в 20.00 и вставая к 1.00, то ложась в 3.00, а просыпаясь в 8.00, то ложась в 15.00 и просыпаясь к 19.00. В общем, абсолютная противоположность садхане была.

Кришнананде прабху это все категорически не нравилось. Он даже целую лекцию посвятил тому «непотребству, которое тут один преданный устроил». Я с ним согласен, в общем-то, был, но ничего не мог с собой поделать, так как впервые с того времени, как «сошел с автобуса», чувствовал такую же погруженность и насыщенность духовной жизни.

Арджуне прабху и Доял Нрисимхе прабху тогда тоже досталось, т.к. я от них требовал той же погруженности, и совершенно не понимал, как это так, что им хочется вечером киртан вместе попеть, когда у нас тут вот миссия.

Огонек в сознании Кришны – это замечательно. Но примесью к нему все хотелось эдаким «миссионером-спасителем» быть :) Кришна меня вскоре отчасти избавил от этого настроения тем, кто составленный тогда курс нигде так и не прошел, а учебников никто так и не увидел. Может быть, раз или два в каком-то небольшом кругу какие-то занятия по ним были.

Хотя мы то успели курс и учебники написать. Примерно на 250 страниц А4 за месяц. Состояли они из двух частей. Вот, кстати, здесь их можно скачать, если кому любопытно. Первый раз в открытом доступе выкладываю это свое первое творчество в образовании.

Почему же раньше эти учебники не увидели свет? Потому что встреч комитета по образованию, и, в частности, Гаура Кришны прабху, они не пережили :)

-----


Немного о встречах... Шли они пять или шесть полных дней. И туда съехались те преданные, перед кем сложно не испытывать естественного уважения. Как небожители, спустившиеся на Землю, собрались вместе:
Е.М. Радха Дамодар прабху,
Е.С. Бхакти Вигьяна Госвами,
Е.М. Ачьютатма прабху,
Е.М. Гаура Кришна прабху,
Е.М. Даяван прабху,
Е.М. Харидев прабху.
Также Нимай Сундара прабху был членом комитета, и на встречи позвали меня.

И поскольку у каждого из вышеперечисленных вайшнавов был огромный опыт в духовной жизни, в образовании, в наставничестве, в руководстве и менеджменте, у меня было представление, что в таком составе сейчас будет твориться нечто очень важное. Какие-то сокровенные обсуждения на духовные темы, серьезный прорыв в теме самого устройства образования, множество планов и конкретики о том, как все стоит делать в ближайшие годы. В общем, Кришна снизойдёт, и эдакий «Шримад Бхагаватам» в сфере вайшнавской педагогики появится :)

Но… Как бы так это сформулировать то… В общем, тут я впервые познакомился с тем, что такое встречи советов в сознании Кришны :) Когда преданные, даже самые возвышенные, собираются вместе, а результата от такой ягьи почему-то не приходит. Вместо синергии, возникает, наоборот, обратный эффект, когда суммарная эффективность встреч группы стремится к нулю.

В общем, все дни там шли разные обсуждения и дискуссии, но в итоге за пять дней работы комитет вообще ничего не решил. Вот прямо ничего.

Почему так – требует отдельной статьи. Если кратко – то проявлять бхакти коллегиально – задача более высокого порядка, до которой мы как общество еще не совсем доросли, только учимся. И потому в основном можем либо индивидуально проявлять бхакти, либо сотрудничать преимущественно на основе материальных механизмов, способность к которым никак напрямую не коррелирует с духовностью – это же просто материальные навыки. Впрочем, надо отметить, что описываемые здесь события были почти 10 лет назад, с тех пор многое, хоть и не все, ушло вперед.

И тут был очень важный урок для меня. Дело в том, что у меня по природе как раз достаточно хорошо развиты материальные навыки проведения собраний и принятия решений. Из-за чего то и другие подобные собрания в первые пару лет меня сильно выбивали из колеи. Потому что я никак не мог понять – как это так, что у старших преданных не получается сделать свои встречи конструктивными, и они проходят в достаточно хаотичной манере? Мой ум тогда приговаривал мне: «Почему они не могут контролировать ум, придерживаясь заданной темы? Услышать друг друга? Проявить больше уважения к чужому мнению? Пожертвовать чем-то ради высшей цели (успешного собрания)?» И т.д.

Чувствуете критику, да? :)

Моя логика тогда была такова, что они явно более зрелые в плане преданности Господу, но почему-то ведут себя хуже, чем вел бы я в такой ситуации, а значит, по моей тогдашней логике, я в каких-то аспектах лучше них в бхакти. И это взрывало мозг, потому что я понимал, что это не так, но в то же время приходил к выводу, что это так.

Понадобилось время, чтобы отучиться смотреть на старших преданных через призму своей обусловленности – что если у меня есть какое-то ценное качество в природе гуна-кармы, то это качество должно быть у более старших вайшнавов, а иначе они будто неправильные какие-то.

Что происходит в таком случае – мы гордимся своей материальной природой, думаем, что это и есть бхакти, что благодаря ней мы лучше тех, у кого эта черта не проявлена, и что они из-за ее отсутствия плохие преданные.

Например, человек по своей природе пунктуален. И когда другие не могут прийти вовремя, он негодует, воспринимая это как неуважение к вайшнавам с их стороны, а значит – недостаток бхакти. И, в общем-то, он отчасти прав, но чего он не понимает – что его пунктуальность – тоже не следствие его бхакти и уважения к вайшнавам, а просто материальное качество. Корень другой. И что тот, кто на основе правильного духовного мотива частично преодолевает свою природу и опаздывает всего на десять минут вместо тридцати, поступает лучше, чем тот, кто просто действует по своей материальной природе, даже если он при этом приходит вовремя.

В этот пример можно подставить любое качество или навык из гуны благости. Со временем благодаря бхакти в преданных проявляются все хорошие качества, но для начинающих (первые лет десять практики, как минимум) вайшнавов все их хорошие качества – материальные качества, не имеющие ничего общего с духовной природой. Но мы ими очень кичимся, придавая им флер преданности. Это просто сильная сторона нашей обусловленности, но мы начинаем ее объяснять тем, что у нас мотивы духовные. И потому мысленно проявляем неуважение к тем, у кого их нет в природе.

Как же действовать правильно? Если у нас есть какое-то качество, понимание или умение, которого нет у других вайшнавов, этим не стоит гордиться, считать себя выше. Нужно научиться разделять эти качества и преданность Господу. И из любви или хотя бы уважения к старшим преданным, которое естественным образом должно возникать в следствие их глубокой преданности Господу, стараться это свое материальное качество занять в служении их преданности.

-----


Если же вернуться ко встречам комитета, то один результат у этих встреч все-таки был. Гаура Кришна прабху тогда одной фразой перечеркнул весь составленный нами учебник. Он сказал тогда: «Образование не должно подменять собой книги Шрилы Прабхупады», имея ввиду, что часто в образовании вместо самих книг Шрилы Прабхупады преданные начинают читать учебники. И это неправильно – учебники должны быть сделаны так, чтобы углублять чтение книг Шрилы Прабхупады, а не заменять их.

Те же учебники, что я сделал тогда, под этот критерий не подходили – они состояли из авторского текста, пересказывавшего разные темы своими словами. В общем, одним решением комитета было, что я переделаю учебники с учетом этого требования к ним от Гаура Кришны прабху. Что, в общем-то, означало, полностью их переписать с нуля. А вторым – что меня включили в комитет образования, чтобы я мог более официально заниматься данной деятельностью и получать поддержку и консультации старших вайшнавов в ней.

Махарадж также ожидал от меня, что я, будучи гораздо более свободен, чем все другие вайшнавы в комитете, буду до какой-то степени участвовать в координации его работы. Не как старший, а как моторчик - инициировать встречи, обсуждения и пр. Он бы был главой комитета, а я таким координатором. Но я тогда этого не понимал, видя себя, скорее, как исполнитель, нежели как инициатор процесса. Эдакое ложное смирение, когда от тебя как раз ждут инициативы, а ты считаешь, что как же так – ты же младший, как ты можешь кого-то там организовывать, поторапливать и пр., вместо того, чтобы делать то, что понравится старшим.

-----


Еще через месяц я женился, ненадолго выпав из служения в комитете образования. А затем меня туда снова судьба вернула, так как я оказался единственным, кто формально мог готовить преподавателей курса "Ученик в ИСККОН", который стал тогда обязательным курсом на инициацию, и нужен был в каждой общине. Но это другая история, которую продолжу рассказывать в девятой части.
Так, всего за полгода, из странствующего по Канаде брахмачари-санкиртанщика, Кришна сделал из меня грихастху, занимающегося координацией работы образовательного комитета в России. Внешне все произошло как следствие ряда случайностей - мог бы в другом месте чем-то другим заниматься. Но не так часто тебя подобно пробки из-под шампанского выпуливает из одного места и ведет через пол планеты, чтобы там в считанные несколько месяцев дать тебе служение, которому ты совершенно не соответствуешь по своим параметрам.

Так что вдохновляет видеть в этом всем не череду случайностей, а план Кришны по твоему собственному образованию. Как, ведя тебя по жизни, Он позволяет тебе получать тот опыт, что тебе нужен, чтобы вернуться к Нему.